Коля Калашников (zabyg17) wrote,
Коля Калашников
zabyg17

Categories:

Вспомнился сон

Прочитал рассказ про сны, написанный Moiseykinsson, и вспомнил свой сон почти годичной давности.

Как и во всяком моем сне, действие происходит в реальном, и в то же время условном пространстве. Довольно точная топография переплетается с несуществующей, время течет нормальным образом, но периодически "схлопывается", действие проходит неожиданными и алогичными скачками.



Сначала мне снились самолеты, низко летавшие над домом и иногда залетавшие прямо во двор… Стояла осень, было туманно и поэтому самолеты во "Внуково" летели прямо над моим домом. Не справившись с управлением один из них разбился на склоне моего оврага…

Потом, после катастрофы, действие перепрыгнуло в центр Москвы, хмурая безлиственная осень сменилось не менее безлиственной, но уже солнечной весной. Светлый, но неяркий апрельский денек полнился событиями: на северо-западе Москвы, где-то в районе Речного вокзала власти затевали тоталитарный переворот, по городу бегали демонстранты с синими, красными антипрезидентскими лозунгами, машин было мало, но общественный транспорт ходил, несмотря на беспорядки.

Я не мог оставаться вне происходящих событий, здесь на Маросейке или Солянке, я понял, что нужно совершить некий акт, который обесценит готовящийся тоталитарный реванш, или поставит его под сомнение. Иначе нельзя, иначе это поставит под сомнение и сущность страны, и мою собственную сущность.

Попрощавшись с семьей, я сел на коня. Несмотря на полное отсутствие опыта езды на лошадях, я решился на радикальный шаг – сесть на лошадь задом наперед и поехать задним ходом. Лошадью было немного тяжело управлять, но зато такая позиция обладала несомненным удобством – лошадиная голова не только не препятствовала обзору, но и служила подходящей "спинкой".

Я двигался по улицам центра по направлению к Красной площади, мимо меня сновали демонстранты, в ту же сторону стягивалась милиция. У Кремля, возле собора Василия Блаженного должен был проходить главный митинг оппозиции. Дома вокруг меня не очень напоминали современную Москву рубежа веков – трехэтажные здания XIX века, выкрашенные желтой или розоватой краской не имели новомодных рекламных вывесок, не было "евроокон" и кондиционеров.

Немного пыльный и потрескавшийся асфальт улиц и тротуаров уже высох под неярким, но теплым апрельским солнцем. Машин почти не было, а потому хотя лошадью было и неудобно управлять сидя задом наперед, я продвинулся в район Варварки и ехал уже мимо Гостиного двора, мимо стоящих в тени гостиницы "Россия" церквей.

Впереди, на Васильевском спуске, уже что-то затевалось – толпились митингующие оппозиционеры, мелькали синие, красные флаги, кажется, строились баррикады.

Между храмом Василия Блаженного и Средними Торговыми рядами стоял полк конной милиции – гнедые кони, серые куртки, серые шапки. Раздался чей-то зычный клич: "Шашки наголо!" и над коричнево-серыми рядами конницы поднялся лес черных резиновых дубинок.

Меня никто не пытался остановить, и я продолжал двигаться дальше – на Москворецкий мост. Неожиданно все потемнело. Рядом с набережной из ниоткуда появился огромный трехпалубный лайнер (должно быть, приплыл от охваченного хунтой Речного вокзала). Милиция, толпы демонстрантов, люди в штатском все смешались в общую массу. С борта на набережную сошла группа людей в элегантных светло-серых пальто. Громовой голос из репродукторов пронесся над площадью "Да здравствует наш Президент! Да здравствует наш Верховный Главнокомандующий!". Толпа ответила восторженным "ура!" и окончательно утратила всякую оппозиционность. Путин-Сталин и его свита стали подниматься вверх по Васильевскому спуску, приветствуемые недавними непримиримыми врагами.

Я ехал задом наперед на лошади выше толпы и ее властелина. В тот момент я мнил, что только мой поступок обесценивает происходящее, превращает его из великой трагедии в фарс и клоунаду.

Снова посветлело, передо мной с моста открывался вид на Замоскворечье, не заслоняемый лошадиной головой. Светлый, то ли гнедой, то ли даже песчаный, конский круп уже казался мне чем-то родным, теплым и удобным. Я отметил, что лошадиная спина цветом и мехом сильно смахивала на спину моей дворняжки Моти, и почему-то очень обрадовался этому факту.

Лошадь спустилась с моста, навстречу стали попадаться редкие машины, повороты мне давались с трудом, я еле-еле разминулся с сине-желтым троллейбусом "ЗиУ-5", ехавшим мне навстречу. Вокруг меня снова был старый, нетронутый переменами город – немного обшарпанные дома, арки, дворы-пустыри с редкими гаражами из листового железа.

Я понял, что после всего происшедшего двигаться дальше задом наперед на лошади небезопасно. Свернув в один из переулков, я спешился и двинулся в сторону городских окраин. Навстречу попались пару автомобилистов – аккуратно одетые непьющие мужчины средних лет в красных "Москвичах-2140" с настораживающее ласковым и внимательным взглядом. "Наверное за мной уже следят кагебэшники", - подумал я, и враждебный холодок пробежал у меня по спине. Впрочем, стал успокаивать я себя, вероятно, им просто понравилась лошадь, которую я продолжал вести за собой в поводу.

Утро 27 ноября 2003 года
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments